Московскую художницу Елену Чернееву тема афонских монастырей захватила после поездки мужа на Святую Гору: его рассказы оставили глубокое впечатление, пробудив интерес к истории дивного полуострова, подвижничеству афонских старцев и легли в основу будущего цикла картин. Святая земля цветёт и благоухает на её полотнах, отражая величие и красоту Божьего мира, озаряемого молитвой.
Елена Чернеева получила профессиональное разностороннее художественное образование, дополненное, в частности, иконописными курсами при Сретенском монастыре. Всё это позволяет проявлять талант в разных областях искусства: живописи, графике, дизайне, художественной вышивке, создании кукол. И везде ей сопутствует успех: она — многократный лауреат российских и международных конкурсов, член-корреспондент Международной академии современных искусств, участник многочисленных выставок на самых известных площадках Москвы, награждена званием «Почётный деятель искусств России». Медаль ордена «Родительская слава» весомо подтверждает нестандартную, насыщенную трудами жизнь. Художник по призванию, а не по должности, всегда ищет связи между реальностью и воображением, между земным и небесным, и в лучших работах совмещает эти ипостаси в единое целое. Даже запечатление повседневных эмоций и ощущений даёт полную картину изображаемого мира и внутреннего отношения к нему. Памятуя о том, что пейзаж есть аллегорическое воплощение самого художника, легко угадать и характер автора — лирический, умиротворённый. Её творчество помогает зрителю влиться в мир созерцания и покоя, и даже не слишком искушённый взор отметит мастерство работ Елены, независимо от темы, стилистики, техники.
Всё идёт из детства — и память о нём, неосознанно, но явно проходит с человеком его земной путь. Первую молитву Елена услышала от прабабушки Матроны, затем были годы погружения в жизнь церкви, чтение книг святых отцов, и не случайны темы её полотен, где так светло-наряден окружающий мир. Потому понятно и погружение в тему Афона: Святая Гора — место, где человек находит утерянный рай, где небо спустилось на землю. Но жизнь здесь, среди благоуханных садов и ослепительного света, аскетична и наполнена неустанной молитвой.
Любовь к святым афонским подвижникам и удивительная природа удела Божией Матери вдохновляла Елену снова и снова возвращаться к полотнам, изливая в них своё благоговение перед этим местом. Вступило в силу то самое «вдохновенное угадывание», о котором писал Валерий Брюсов. Эти картины и составили Афонский цикл.
Завораживает величественной красотой Русский Свято-Пантелеимонов монастырь: на полотне Елены он как бы возносится, подчиняя себе пространство и растворяясь в небесной синеве. Мощный силуэт самой высокой на Святой Горе Петровой башни, сооружённой в монастыре Каракал в XIV столетии, сразу привлекает внимание на полотне «Между небом и землёй». Монастырь Филофей предстаёт перед нами в обрамлении гроздей винограда. Неспроста они на полотне — вспомним Писание: «Я есмь истинная виноградная лоза, а Отец Мой виноградарь». В середине XVII века государь Алексей Михайлович разрешил филофейским монахам каждые семь лет собирать милостыню на территории Руси: уже 300 лет назад об этом святом месте знали русские люди. В некоторых работах Афонского цикла проскальзывают поленовские ноты «интимного пейзажа», когда кожей ощущаются тепло и свет человеческого бытования: жанровые сценки «Вдали от суеты», «В свете» — мирная жизнь уединённого, согласного с собой и природой человека.
Есть у Елены Чернеевой работы пастелью: проникновенный портрет афонского старца, подвижника Паисия Святогорца. Он перенёс множество тягот и выстрадал право сказать: «Лишения очень помогают людям. Испытывая в чём-то недостаток, люди становятся способны познать цену того, чего у них не стало». В искреннем изображении Елене удалось передать облик утешителя и молитвенника. Погружение художницы в афонскую тему прослеживается и в работах, посвящённых европейским памятникам природы: на полотне «Закат над скалами Вердона» дивный уголок Франции, Вердонское ущелье залито именно «афонским» тёплым светом. Вплетаясь и живописно дополняя Афонский цикл, создаются художницей натюрморты, на которых и роскошные, как бы «танцующие», пионы, и простые дети земли — орехи, как в «Ореховом натюрморте».
Ощущения покоя, блаженства, перенесённые на полотна Елены Чернеевой — потому что «душа просит», — заставляет сердца и художника, и зрителя биться в унисон в этом радостном любовании Божьим миром.
Елена Казённова
